Читайте также:
В Гималаи - налегке
Дневник путешествия
по маршруту "Гокио - Эверест" в октябре - ноябре 2002
г.
Ладакх - Тайна
Гималаев (статья в журнале "Собака-RU")
ОТРЫВКИ ИЗ ДНЕВНИКА ТУР-ЛИДЕРА
КАМЧАТКА
Брод машины преодолевали по очереди. Когда первый ГАЗ-66 со снаряжением
выбрался на правый берег стремительной Авачи, вторая вахтовка - с группой
- «пощупала» воду, а затем решительно окунулась по самую будку. До середины
реки она шла красиво, а затем не менее красиво застряла, как броненосец
на мели: захлебнулся мотор. Вытягивали ее лебедкой с берега. Заводя
трос, водитель застрявшей машины боролся с течением по пояс в ледяной
воде. Как из башен броненосца, из окон и верхнего люка кузова высовывались
дула фотоаппаратов, которыми возбужденные туристы стремились запечатлеть
это действо.
Тимоновские источники напомнили мне кипящий котел для Иванушки из Конька-Горбунка.
Живительная вода была настолько горяча, что при погружении показалась
холодной. Во всяком случае, реакции организма перепутались, и тело покрылось
гусиной кожей. Знаете, как иногда кажется, что холодная вода обжигает?
Вокруг колыхался «суп» из термофильных водорослей, и было щекотно от
множества поднимавшихся со дна пузырьков, – может, это шампанское? На
«десерт» все улеглись на пузо в горную речку. Именно так в XVIII веке
исцелился от всех хворей престарелый монах Тимон, которого по осени
оставили здесь умирать, а по весне нашли здоровым и бодрым.
Настоящий сюрприз – Дачные источники. Недаром это место называют Малой
Долиной Гейзеров. До Большой Долины можно добраться из Петропавловска-Камчатского
только на вертолете, при хорошей погоде и за немалые деньги (около трехсот
долларов), а затем ходить по мосткам с перилами и чувствовать себя,
как в зоопарке. Здесь же все демократично, и вертолет не нужен. Тем
важнее вести себя крайне осторожно и бережно, чтобы не поскользнуться,
не угодить в кипяток, ничего вокруг не повредить и не затоптать. Трусившая
навстречу нам по налетам самородной серы собака, видимо, регулярно ходила
сюда «на процедуры»: она не боялась обвариться. Сквозь густой пар, окутывавший
булькающие грязевые котлы и «кипящие сковородки» просвечивал снежный
склон. Стойкий запах сероводорода, бульканье, шипение, шкворчание довершали
картину доисторических времен. День удался!
Кальдера вулкана Горелого на всех произвела неизгладимое впечатление.
Это гигантская чаша с абсолютно плоским песчаным дном, ограниченная
темными и красными скалами. Там и сям – небольшие утесы древней пористой
лавы. Ее осколки острые, как бритва и легкие, как пробка. В южной части
кальдеры ртутью блестело мелкое озерцо дождевой воды. Его поверхность
морщинили вихри, поднимавшие в воздух мелкий песок. Этот песок забивался
во все щели, мешал фотографировать, скрипел на зубах. По низкому небу
неслись хмурые облака, но солнце время от времени подмигивало сквозь
них – типичная Камчатская погода…
КИЛИМАНДЖАРО
С первого шага по земле ночная Африка нахлынула на нас морем звуков
и ароматов. Уже за полночь мне удалось снять на видео при свете фонаря
крошечную лягушку, которая при кваканьи раздувала свой резонансный мешок
до размера кулака – у нее так звонко получалось!
Когда пошли на вулкан Меру (для акклиматизации), то выше первого лагеря
какое-то время тропа шла по глубокой узкой канаве среди джунглей. Проводник
сказал, что ее протоптали слоны, которые особенно любят здесь пастись.
Недаром название хребта – Слоновый. Мы прикидывали, как будем выпрыгивать
из канавы в случае внезапной встречи с одним из хозяев этих мест. Увидели
слонов уже на спуске, целую семью, причем – со слоненком. Это, конечно,
добавляло очарования, но наш рейнджер напрягся и велел всем соблюдать
строгую тишину и держаться вместе. До гигантов было меньше ста метров,
однако они полностью погрузились в процесс еды и мы проскользнули незамеченными,
зато с отличными кадрами.
Вершина Меру подарила чувство полета. Стартовали в два часа ночи в кромешной
темноте под мелким дождиком, который, к счастью, скоро прекратился,
но свое дело сделал: наклонные скалы, несколько раз встречавшиеся на
маршруте, стали мокрыми и скользкими. Долгие часы карабканья с фонариками,
но вот, одновременно с долгожданным рассветом, мы выползли на край кратера,
как будто вылезли из темного подвала, и душа запела при виде открывшейся
панорамы. Под ногами были темно-синие и фиолетовые облака, их прорывал
конус молодого кратера, колодец которого манил заглянуть до центра Земли.
На горизонте разгоралось пламя поднимавшегося солнца, освещавшее багровым
светом скалы бровки большого кратера, где мы стояли, с трудом переводя
дух. Этот зубчатый гребень был хребтом дракона, он шевелился вместе
с изменявшимся освещением. Вдали над облаками вздымалась спина другого
доисторического чудища. Это был сам Килиманджаро. В светлеющем небе
над ним был еще различим узкий серп перевернутого полумесяца и несколько
звезд.
На Килиманджаро мало никому не показалось. Это ведь не просто огромный
вулкан – почти 6000 м, вершина Африки! – а целая горная система. Мы
шли по маршруту Мачаме. Четырехдневный треккинг к штурмовому лагерю
с постоянными подъемами и спусками позволил нам втянуться и более или
менее привыкнуть к высоте. Наконец, еще перед полуночью, поздно вечером
четвертого дня начался решающий штурм. Темноту разорвали десятки фонариков,
тишину – приглушенные голоса и хруст ботинок по осыпи. Вскоре внизу
показались огни города, затем их закрыло облаками. Подъем – 1200 метров,
это не менее шести часов работы. Один из гидов почувствовал себя плохо,
но иммодиум из аптечки спас положение. Пыхтя, догнали группу. Стало
тошнить. Ну что ж, это, по крайней мере, не золотуха. На верху метель,
бедные негры нахохлились, а русские оказались в родной стихии. Пошатываясь,
побрели по краю гигантского кратера к его высшей точке. По правую руку
– многокилометровая лохань кратера, по левую – вертикальная стенка полосатого
ледника, похожего на торт для Гулливера. Возле памятного знака на вершине
топталось уже человек двадцать, они приветствовали нас на разных языках,
словно на Олимпиаде. Кто-то тискал друг друга в объятиях, у кого-то
на глазах были слезы, для кого-то это была первая Вершина.
ЛАДАКХ
Коричневый Инд бесновался в узком каньоне. Кроме гида-рулевого, никто
из нас не был прирожденным водником, и гребли мы довольно нестройно.
Кое-кто и вовсе чувствовал себя как щенок, брошенный в воду. Но никто
и не подумал отказываться от такого приключения – рафтинга по Священному
Инду. Всего через полкилометра после старта, за висячим мостом наш плот
закрутило на пенистых валах, и перед нами распахнулся каньон. Это было
настоящее крещение белой водой. Через три часа, потрепанные, мокрые,
но счастливые мы причалили к пологому берегу ниже впадения реки Занскар.
Одной из «фишек» экспедиции была поездка в арийскую деревню Да-Хану
у самой северной границы Индии. Здесь живут последние прямые потомки
арийцев – дроки, малая народность. Несмотря на многовековое соседство
с Тибетом, у них сохранились удлиненные, даже утонченные черты лица,
большие глаза, указывающие на принадлежность к иной расе, чем все остальное
население Ладакха. Обычаи тоже весьма своеобразные, например, обожествление
сил природы, а также фестиваль чхайпо-сару-палха, посвященный плодородию
как земли, так и женщин. Это нечто вроде нашего праздника Ивана-Купалы,
когда, забыв об узах брака, можно совершенно законно выбрать себе любого
партнера на неделю. Так дроки пытаются преодолеть тенденцию к вырождению,
которая из-за их изолированности уже давно грозит этой общине вымиранием.
Беременность здесь – большой праздник.
Да-Хану совсем недавно открыли для туристов. Когда это произошло, было
несколько инцидентов с женщинами из Германии, пробиравшимися сюда по
вполне определенным мотивам. Поэтому наши документы тщательно проверяли
на нескольких блок-постах. Деревня оказалась настоящим абрикосовым оазисом
в глубоком скалистом ущелье, которое прокопал себе Инд. Друг над другом
теснились примитивные, но опрятные домики, лачуги и просто пещеры. Дома
иногда имели по два и даже три этажа, а с верхнего уровня высовывалась
морда какой-нибудь любопытной козы. Неспешный и осмысленный образ жизни
аборигенов навевал умиротворение. Мы встретили старуху-ключницу местного
святилища. Согбенная, сморщенная, колченогая, с крючковатым носом, доходившим
до подбородка, она была вылитой Бабой Ягой. Но ее красивые широко раскрытые
глаза были совсем юными и задорными, полными интереса к жизни. Она улыбалась,
шутила и радовалась новым людям.
Потом мы пили зеленый чай в доме старейшего жителя Да-Хану. Он не помнил
точно свой возраст – от девяноста до ста лет, ему это было не важно.
В отличие от старухи-ключницы, он был отрешенным, молчаливым и все время
мерно крутил молитвенное колесо, покрытое тонкой чеканкой. Таким же
чеканным был его орлиный профиль на фоне открытого окна, за которым
покачивались абрикосы.
Нас ждал переезд через Главный Гималайский хребет по самой высокогорной
автотрассе мира с перевалами на уровне Эльбруса. Когда наш джип начал
спускаться в очередное ущелье, я сосчитал под собой больше десяти колен
серпантина, а дальше сбился… Иногда нас приветствовали группы дорожных
рабочих. Прокопченные смолой до черноты, заброшенные в эти горные пустыни
на недели и месяцы, они вручную ровняли дорогу, укрепляли опасные склоны,
дыша пылью и копотью. Сильное впечатление. Но когда водораздел остался
позади, вдоль дороги стало появляться все больше зелени, со склонов
сбегать ручьи и водопады, а на небе собираться облака. Перед нами открылась
цветущая долина Куллу со своими вековыми деревьями, пахучими травами
и обилием воды – полная противоположность Ладакху. Именно здесь более
20 лет жил и творил Николай Рерих со своей семьей. Его усадьба в Наггаре
превращена в музей. Забавно было увидеть по соседству с картинами в
постоянной экспозиции матрешек, цветастые сарафаны и другие изделия
русских художественных промыслов. Это – следствие того, что фонд Рериха
продолжает основную идею великого художника и мыслителя – развитие дружбы
между народами и обмен культурными связями. Мы с ним заодно!
ПЕРУ
Озеро Титикака у пристани Пуно не производит того впечатления, которое
обещано в проспектах: «Ультрамарин водной глади и лазурь небес, а между
ними – ослепительно белоснежные Королевские Кордильеры». Скорее, озеро
здесь напоминает старинный заросший пруд черепахи Тортиллы. Именно из
прибрежного тростника – тоторы – растущего на мелководье, и сплетены
лодки и жилища индейцев урос, а главное, сами плавучие острова, на которых
они постоянно живут уже несколько сот лет. До ближайших из них от Пуно
полчаса на катере. Глубины здесь 2-3 метра, и все вокруг заросло густым
тростником. Это одновременно похоже и на поле пшеницы, и на рисовый
чек: тростник золотистый, как спелый злак, а растет в воде, как рис.
Острова, действительно, плавучие, чрезвычайно любопытные: ковер тростниковых
матов проминается под тобой, но держит надежно. В принципе, технология
их постройки проста: на выбранном месте тростник заламывают на уровне
воды, с ним горизонтально переплетают скошенный тростник, и сверху крест
накрест накладывают несколько слоев заготовленных тростниковых матов.
По мере погружения напитывающихся водой нижних слоев, сверху накладываются
новые слои. Иногда островитяне распиливают свои острова, как льдины,
на части, либо наоборот, сращивают. Вокруг все из соломы. Можно спеть,
как в известной песенке, заменив ключевое слово: «Соломенная почва,
соломенные стены, соломенные лодки, соломенный народ…» Впрочем, надо
сказать, что с некоторых пор индейцы довольно остроумно используют достижения,
или, вернее, утилизируют отходы прогресса: они вплетают в свои недолговечные
конструкции большое количество порожних пластиковых бутылок.
Когда катер заглушил мотор, воцарилась звонкая тишина. Мы поплыли на
классической тростниковой лодке. С гордо выгнутыми носом и кормой, она
лебедем плавно и совершенно бесшумно скользила по водной глади. И каждый
внутри почувствовал, что уросы не зря так неохотно расстаются со своим
кажущимся первобытным миром.
Позже, пройдя по каналу, прокошенному в тростнике, и оставив позади
два длинных мыса, ограждающих бухту Пуно, катер вырвался на простор
Титикаки. И вот тут действительно захватило дух от синевы воды и неба
и от зрелища сказочных снеговых гигантов на горизонте – Кордильер Боливии.
Покой и ширь, как где-нибудь в Заполярье, время замедляется, душа поет
и растворяется в пространстве.
Вот он, Мачу-Пикчу. «Сбылись мечты идиота!» Место просто чудесное.
Непревзойденное сочетание загадочных руин, головокружительных горных
склонов и пьянящего воздуха, насыщенного ароматами трав и щебетом колибри.
Про необъяснимое качество древней кладки, где в стыки межу пришлифованными
многотонными каменными блоками невозможно просунуть лезвие, писал, наверное,
каждый, кто брался за перуанскую тему. А ведь блоки эти – совсем не
то, что одинаковые кирпичи. Они имеют сложную неправильную форму с закруглениями,
выступами-шипами и соответствующими углублениями-пазами, которые не
дали постройкам расшататься при регулярных сильных землетрясениях за
сотни лет. Титаническая кладка главного храма Солнца покоится на естественном
гранитном основании, плавно перетекая в него. Рядом – филигранно выточенный
в скале водоток, по которому влага бесперебойно поступает на сельскохозяйственные
террасы. Вырубленная из цельного монолита Интиуатана, или Коновязь Солнца
– солнечные часы, показывающие смену сезонов посева и сбора урожая –
даст фору любой самой изощренной абстрактной скульптуре. По этим руинам
невозможно набродиться. Зато можно целый день просидеть в медитации
на обзорной точке, как это сделала одна участница из нашей группы.
А остальные в это время вскарабкались на обе горы, между которыми на
седловине воздвигнут Мачу-Пикчу. Свое имя («Старая Гора») город унаследовал
от одной из них, а вторая называется Уайна-Пикчу («Молодая Гора»). Именно
ее можно видеть на заднем плане всех классических открыток. Странно,
но при входе на тропу, ведущую к вершине, нам сказали, что мы – первые
русские за много лет, которые не поленились устроить себе это небольшое
приключение. Внизу-то мы земляков встречали. Что ж, всем рекомендую
этот прекрасный моцион! Полное «погружение» обеспечено. Низкий поклон
Гению этого места!
Владимир Столяров
Гид «Компании Неизведанный Мир»
За дополнительной информацией обращайтесь:
Wild
Russia/Неизведанный Мир
Санкт-Петербург,
наб. реки Фонтанки, 59, офис 224.
+7 812 703-3215
+7 812 703-3216
+7 812 273-6514
Email: info@wildrussia.spb.ru
WebMaster: при обнаружении ошибок в работе сайта пишите сюда.